Глава 3. Принятие решений и законотворчество в период развитого социализма

Глава 3. Принятие решений и законотворчество в период развитого социализма


^ 3.1. Функция законотворчества в СССР и Советы народных депутатов


В списке функций политической системы, приведенном в работах Алмонда и Пауэлла, эта функция определена как "rule-making", что можно перевести в данном контексте как "разработка и принятия законов и правил". Авторы используют термин "rule-making" вместо устоявшегося "legislation", чтобы избежать привычной ассоциации с легислатурой - системой законодательной власти, ибо по их, вполне обоснованному мнению, в демократических странах функция создания законов реализуется не только и не столько парламентами, сколько системой исполнительной власти и правительственной бюрократией. Парламентарии лишь корректируют подготовленные чиновниками законопроекты и придают им легитимную силу через парламентские процедуры голосования.

В нашем же случае - в случае поздней советской системы - сами законы не играли столь важной роли, которую они играют в странах с демократическим режимом, ибо функцией законов в Советском Союзе было лишь придание внешней формы для уже принятых решений и разработанных правил. Такое положение вещей стало результатом реализации принципов В.И.Ленина с соратниками, принципиально отвергавшими любое ограничение революционного насилия и диктатуры пролетариата (точнее, собственной диктатуры), а также стойкой российской традиции неуважения собственных законов96.

Чтобы приблизиться к пониманию механизмов принятия решений в Советском Союзе 70-80-х годов нам придется последовательно снимать слои маскировки, ибо большевики, верные конспиративным традициям, тщательно маскировали структуры - подлинные носители власти.

Официально высшая власть в Советском Союзе принадлежала народу, а осуществлялась она через пронизывающую всю страну систему Советов народных депутатов. Сами Советы, как известно, возникли в Иванове, в период революции 1905 года, как форма самоуправления рабочих и поддержания порядка в охваченных забастовками рабочих поселках и городках. В.И.Ленин и его партия приняли этот опыт на вооружение и, опираясь на него, отвергли весь многовековой опыт разделения властей как очередную буржуазную выдумку. Напротив, большевики предлагали использовать опыт Советов как объединение исполнительной и законодательной власти в рамках одной структуры.

Мы не будем анализировать здесь всю историю эволюции Советов от 1905 г. до 1970-х годов, достаточно подробно описанную во многих изданиях. Здесь можно выделить три группы публикаций: советские работы, которые не столько анализировали реальное положение дел, сколько участвовали в укреплении мифа о народовластии в СССР97; работы зарубежных исследователей, изучавших механизмы государственного управления как на общесоюзном98, так и на региональном уровне99; наконец, это отечественные исследования периода 20-х годов, когда правдивое описание власти было еще возможно100, периода поздней перестройки и постперестройки, когда такое описание становилось уже возможным101, а также немногие, к сожалению, современные работы102

В период зрелого (либо, иначе, развитого) социализма деятельность Советов проходила следующим образом. На регулярно проводимых выборах (1 раз в 4 года - в Верховные Советы СССР и РСФСР, каждые два года - в местные советы народных депутатов) прямым, тайным голосованием избирались народные депутаты, причем подавляющее большинство из них - без освобождения от своей работы. Термин "избирались" здесь используется в соответствии в принятым в СССР "новоязом" (по Оруэллу), так как выборы депутатов всех уровней были принципиально безальтернативными, а единственный кандидат, чье имя было внесено в бюллетень для тайного голосования, был предложен, согласован и утвержден в кабинетах партийного комитета соответствующего уровня. Здесь наблюдалась полная аналогия с назначением на ответственный руководящий пост, т.е. выбор кандидата в депутаты означал внесение данного лица в список соответствующей номенклатуры. Так как состав депутатов должен был отражать демократичность советского строя, то и список кандидатов должен был содержать необходимый процент женщин, рабочих и колхозников, молодых людей и т.д.

Как правило, вся процедура согласования проходила даже без уведомления потенциального кандидата, и лишь после одобрения данной персоналии партийным чиновником соответствующего уровня человеку говорили "Есть мнение - выдвинуть тебя кандидатом в такой-то Совет". Отказов практически не было, ибо факт выдвижения на 100% гарантировал избрание, а само депутатство было своего рода почетной наградой. Особенно ценным оно было для руководящих работников, ибо сразу переносило их в номенклатурном списке на несколько строчек выше, давая им на срок избрания определенную гарантию неприкосновенности от партийных чиновников разного уровня. Избрание в Совет давало депутату целый ряд материальных преимуществ и льгот, например, работа депутатом в течение четырех лет давала право на персональную пенсию. Кроме того, депутатство существенно увеличивало возможности избранного руководителя в решении многих хозяйственных вопросов его предприятия, открывая ему двери недоступных прежде кабинетов. Например, директор крупного завода - депутат Верховного Совета мог решать свои проблемы уже не только в своем министерстве, но и в соответствующих отраслевых отделах ЦК, более того, чиновники министерства могли использовать его в качестве толкача уже своих проблем.

На основе анализа состава высших слоев партийной номенклатуры, О.Шкаратан и Ю.Фигатнер делают вывод: "...членом ЦК чиновник становится, как правило, пройдя через членство в Верховном Совете СССР после нескольких (2-4) созывов. Верховный Совет СССР предстает в качестве "Высшей школы номенклатурного образования"103. В работе А.Шайкевича приведены результаты сравнительного анализа состава депутатов Верховного Совета СССР 7-го (1966), 9-го (1974) и 11 (1974) созывов. Как оказалось, для этих депутатов имеют положительную корреляцию такие показатели, как преклонный возраст, мужской пол, партийность, высшее образование и принадлежность к номенклатуре.

С противоположными признаками (молодость, женский пол, беспартийность) связана принадлежность к "рядовым труженикам" (т.е. никем не руководящим) - крестьянам, рабочим, учителям, врачам. Корреляция этих полярных признаков и групп выявлена для составов Верховного Совета СССР всех трех созывов. Анализ навеял А.Шайкевичу художественный образ структуры Верховного Совета СССР в духе картины Рубенса, "на которой пожилой номенклатурный деятель, увешанный медалями, обнимал бы молодую беспартийную пастушку с нерусскими чертами лица"104.

Работа же депутата в Совете заключалась, прежде всего в "работе в избирательном округе" - в регулярном приеме избирателей (где при желании депутат мог реально повлиять на решение многих проблем своих избирателей: помочь установить телефон, отремонтировать квартиру и т.д.), а также в отстаивании интересов своего округа в целом (т.е. интересов региональной элиты) на российском либо союзном уровне. Наконец (и именно - наконец) депутат должен был участвовать в работе сессий Совета - как правило, 1-2 дня в квартал, на которых он голосовал за подготовленные проекты решений, законов и иных нормативных актов.

Интересно, что эта последняя сторона работы депутата, составлявшая, по сути сердцевину его деятельности как законодателя, старательно пряталась в тень средствами массовой информации и пропаганды, с гораздо большим желанием освещавшими благородную деятельность депутата по выполнению наказов и просьб своих избирателей. Люди не должны были задумываться - а может ли народный избранник сознательно голосовать за проекты, если он получал их непосредственно перед голосованием, можно ли серьезно обсудить и принять за один день столько документов?

По-видимому, процедура голосования на сессиях Советов, наряду с процедурой выборов народных депутатов, была одной из тех "особых зон системы", где механизмы власти были зависимы от многих граждан, достаточно удаленных от них в остальное время. И чтобы эти голосования проходили "без сучка и задоринки", уже тщательно отобранных до выборов депутатов продолжали и далее подкреплять различными материальными и моральными привилегиями. Однако этих мер руководству казалось недостаточно, и к депутатам-коммунистам применялись также меры партийной дисциплины.

В принципе, весь депутатский корпус мог состоять из одних коммунистов. Но тогда бы нарушился еще один миф - об избирательном блоке коммунистов и беспартийных. Поэтому члены партии среди депутатов составляли обычно 60-70%. Итак, депутатов-коммунистов объединяли в так называемую неуставную партийную группу, которая собиралась до начала общей сессии Совета, заслушивала информацию о выносимых на сессию проектах документов и принимала решение голосовать за эти проекты на сессии. Таким образом, большинство депутатов оказывались связанными еще и партийной дисциплиной. Создавался еще один рубеж гарантий, что дисциплинированные депутаты-коммунисты достойно (послушно) проведут сессию. Правда и меньшинство - беспартийные депутаты также никогда не выступали в роли нарушителей спокойствия, но... "береженого и бог бережет" считали чиновники и еще и еще раз обеспечивали гарантию спокойного запланированного протекания мероприятия.


^ 3.2. Исполнительные комитеты Советов народных депутатов в СССР.


Итак, сессия депутатов лишь послушно одобряет подготовленные документы, придавая им законную силу. Соответственно, реальной властью должны обладать структуры, подготовившие эти документы. Готовили же все документы сессий сотрудники аппарата исполкома - Исполнительного комитета этого совета, избранного на первой же сессии Совета. Этот Исполком был одновременно и коллективным руководящим органом самого Совета - в этом и заключалась большевистская идея соединение воедино законодательной и исполнительной власти.

В состав Исполкома депутаты избирали (разумеется, безальтернативно и единогласно) его председателя, выполнявшего одновременно и функции председателя (спикера) самого Совета, т.е. его сессии; заместителей председателя; руководителей наиболее важных отделов Исполкома и нескольких неосвобожденных депутатов, придававших заседаниям Исполкома не только аппаратный, но и представительный характер. Естественно, что для того, чтобы быть избранными в состав Исполкома, руководители соответствующих отделов должны были быть вначале выдвинуты и избраны депутатами соответствующего Совета, но это было уже делом рутинной техники. Исполком, как коллегиальный орган, собирался значительно чаще сессии - примерно дважды в месяц - и принимал Постановления, имевшие практически ту же юридическую силу, что и решения сессии.

Официальными задачами Исполкома и его аппарата была подготовка и реализация решений сессий Совета, однако так как сессии одобряли подготовленные решения практически без изменений, то реальным органом управления городским хозяйством был Исполком и его бюрократический аппарат.

На уровне Верховных Советов - СССР и Российской Федерации - существовало по форме несколько более глубокое разделение властей. Коллегиальный орган управления Верховного Совете - его Президиум, чью Указы также, как и законы Верховного Совета, обладали законной силой, существовал отдельно от Совета Министров - коллегиального руководящего органа власти исполнительной. В Верховном Совете существовал и свой собственный аппарат, обеспечивающий деятельность постоянных комиссий, которые по идее готовили и обсуждали проекты законов, однако все это были декоративные по сути структуры, задачей которых была имитация законотворческой деятельности, а также демонстрация своим согражданам и западным партнерам наличия в Советском Союзе всех властных структур нормальной демократической системы.

Итак, мы видим, что депутаты Советов выполняли исключительно декоративную функцию, а реальными властными функциями, т.е. способностью готовить проекты решения, организовывать работу после их единогласного утверждения Советов, а также контролировать процесс исполнения обладали сами исполнительные структуры Советов - фактически работники его аппарата во главе с формально избираемым исполкомом. Однако самостоятельные решения работники исполкомов принимали лишь в определенных, четко ограниченных пределах, например, в организации коммунального хозяйства города, ремонте улиц и т.д. Принципиальные же вопросы городской жизни, планы развития городского хозяйства - все это они должны были согласовывать с соответствующими партийными комитетами, районные исполкомы - с райкомами, городские исполкомы - с горкомами. Термин "согласовывать" в данном случае не вполне подходит, более точно было бы говорить - "получать указания".

Вторым важным каналом, обеспечивающим однозначное подчинение исполкомов соответствующим парткомам было решение кадровых вопросов. Все руководство исполкома, также как и руководство завода или института, было номенклатурой соответствующего партийного комитета, т.е. все назначения визировались партийными чиновниками. Случай советской или исполкомовской номенклатуры отличался лишь тем, что соответствующий кандидат на должность, например, зампредисполкома, должен был быть предварительно проведен через двойную процедуру выборов - вначале в народные депутаты, а затем на сессии - в состав исполкома. Это обстоятельство заставляло лишь более ответственно подходить к подбору кандидатур, так как выборы в Советы проводились не каждый день.

Итак, анализ конкретных путей реализации функций принятия и исполнения решений в системе власти советского государства позволил нам выделить одну чисто декоративную структуру - сессии народных депутатов, и одну действительно властную - исполкомы и их аппарат, однако властную в определенных, четко очерченных пределах и полностью подконтрольных соответствующим территориальным партийным комитетам.


^ 3.3. Партийные комитеты в СССР и их аппарат.


Что же представляли из себя территориальные партийные комитеты - райкомы, обкомы - вплоть до Центрального Комитета? Прежде всего, это были выборные органы соответствующих партийных организаций - районных, областных и т.д. Избирались они в полном соответствии с партийным уставом (так же, как и Советы избирались в полном соответствии с Конституцией) на регулярно проводимых партийных конференциях (раз в 2 или 4 года, а под конец - раз в 5 лет) или на партийных съездах.

Существенно, что все выборы на этих конференциях были такие же безальтернативные, как и выборы народных депутатов, так как число кандидатов в соответствующих комитет никогда не превышало числа требуемых мест. Были, правда, случаи, когда кандидат не набирал требуемой половины голосов, но они были исключительно на уровне первичных парторганизаций, где все знали друг друга и зачастую сводили таким образом свои личные или производственные счеты. на уровне же районных партконференций и выше все проходило без подобных инцидентов.

Избрание в состав партийных комитетов означало, аналогично избранию в народные депутаты, вид поощрения и существенно увеличивало возможности для решения как личных, так и производственных проблем. И хотя формально статус народного депутата был выше, реальный политический вес члена горкома КПСС был существенно выше, чем вес соответствующего депутата городского совета. Идеальным вариантом было, конечно, совмещение обеих выборных позиций - и в советской и партийной иерархии, однако возможность подобного дубля давалась лишь за серьезные заслуги.

В уже цитированной работе О.Шкаратана и Ю.Фигатнера проанализированы данные о составе ЦК КПСС на 1986 год, т.е. в период завершенности старого режима. Среди 281 членов КПСС, избранных на XXVII съезде партии, функционеров, управленцев разного рода было 91,5%, только 8,5% членов ЦК принадлежали к квалифицированным рабочим. Партийные лидеры составляли 36,6% всех членов ЦК (в том числе члены Политбюро и Секретари ЦК 8,9%). Секретари же первичных организаций вообще не были представлены105.

Что же касается возможности участия члена, например, горкома КПСС, в подготовке и принятии решений горкома, то все было аналогично возможностям соответствующего депутата городского совета, лишь назывались собрания членов парткомов иначе - не сессии, а пленумы, и продолжались они не более 1 дня. И в этом случае все дружно голосовали за подготовленные проекты решений и разъезжались по текущим делам. Разве что предварительной репетиции пленума в виде заседания партгруппы не проводилось - итак все достаточно сознательные члены партии. Реальные столкновения мнений и позиций на партийных съездах и конференциях, на пленумах партийных комитетов закончились в 20-е годы, вместе с ликвидацией всех видов фракций, оппозиций и платформ. Сталинские же репрессии против самых правоверных коммунистов приучили их преемников и потомков не задавать лишних вопросов.

Итак, пленумы партийных комитетов в период развитого социализма были такими же декорациями, как и сессии советов народных депутатов, только более глубокого уровня. Разве что случайный, непроверенный человек имел существенно меньше вероятности попасть на этот уровень, а если бы и попал, то увидел бы, что здесь все так же, что и на уровне предыдущем, лишь названия иные. А Кащеево яйцо с иглой прячется где то глубже...

Так где же происходило реальное принятие решений в советской политической систем? Там, где готовились решения партийных комитетов разного уровня - в кабинетах освобожденных партийных работников, в недрах партийного аппарата. Руководило же работой аппарата бюро соответствующих партийных комитетов, избираемое на организационном пленуме комитета. Возглавлял бюро первый секретарь, в помощь к нему избирались еще 2-4 секретаря (по идеологии, оргвопросам, в крупных областях - еще и по промышленности и сельскому хозяйству), которые и осуществляли непосредственное руководство партийным аппаратом. Аналогично исполкому городского совета в бюро горкома партии избирали также 1-2 заведующих отделами горкома, как правило, организационного и идеологического, кого-то из секретарей районных организаций, а также несколько человек из рядовых, но заслуженных коммунистов для предания бюро характера "демократического, представительного органа".

Именно эти бюро горкома или обкома (а на уровне СССР - Политбюро и отдельно собирающийся Секретариат) и были теми коллегиальными органами, на которых принимались наиболее существенные решения. Особых дискуссий на заседаниях этих бюро, как правило, не было - выносимые вопросы были уже "проработаны" на уровне отделов и согласованы с секретарями по профилю вопроса. Вариации были иногда при разборе персональных дел - в зависимости от итого обсуждения мера наказания провинившегося могла слегка измениться - вместо простого выговора он мог получить строгий или наоборот. Характер обсуждения и принятия решений на бюро партийных комитетов в различные периоды советской истории, бесспорно, требует дальнейшего анализа, что необходимо для понимания интимных механизмов деятельности прошлого режима.

Большинство вопросов, а также определение реальных перспектив развития региона или страны в целом , равно как и наиболее важные назначения, решались "в рабочем порядке", т.е. в процессе согласования между различными чиновниками партаппарата, с привлечением для обсуждения представителей высших эшелонов отраслевых номенклатур - хозяйственной, военной, дипломатической и т.д. В качестве консультантов привлекали и ученых и специалистов из соответствующих отраслей. Мнение специалистов, если оно расходилось с уже выраженным мнением по данному вопросу высшего чина партийной иерархии, можно было и проигнорировать, мнение же влиятельных лиц из отраслевой иерархии игнорировать было сложнее, поэтому проводились серии согласований.

Жесткая вертикальная иерархия партийной номенклатуры, являвшейся становым хребтом системы политической власти Советского Союза, своего рода лейб-гвардией коммунистического режима, была все же включена в определенные линии обратной связи, обеспечивающие устойчивость всей системы. Так, например, инструктор соответствующего отдела или секретарь Обкома партии мог достаточно жестко диктовать свои условия директору завода и даже давать ему конкретные указания. Если все же партийный чиновник преступал определенные рамки, «наглел выше нормы», то директор завода мог через свое отраслевое руководство - главк и министерство - выйти на соответствующий отдел ЦК КПСС и оттуда при благоприятном стечении обстоятельств могли и приструнить зарвавшегося партийного босса. Если же директор завода был к тому же народным депутатом или членом пленума обкома, то сделать это ему было существенно легче.

Вся деятельность партийного аппарата протекала в соответствии с Инструкциями ЦК КПСС, определяющими полномочия, а, главное, степень осведомленности сотрудника того или иного отдела, того или иного ранга. В одной из немногих книг, где дается достаточно приближенная к реальности картина деятельности партаппарата - в книге ответственного работника ЦК КПСС с середины 60-х годов Леона Оникова106 - отмечается, что среди Отделов ЦК были два, обладавшие наибольшей силой - Общий и Организационный отдела, причем сила их не в последнюю очередь была связана с правом формулировать Инструкции ЦК, являвшиеся подлинными Законами Партии и Государства. При этом большая часть этих инструкций была секретной, и сотрудники аппарата различались по степени допуска к этим документам. Эта ситуация действительно напоминает творения Кафки, когда идет процесс по законам, являющимися тайной. Дифференцированный допуск к секретным документам и наложение грифа "секретно" на самый широкий спектр партийной информацией, были еще одним механизмом иерархического управления уже внутри партийной номенклатуры. Леон Оников приводит пример, когда протоколы заседаний бюро горкома партии получали такую степень секретности, что они были недоступны даже для членов самого горкома.


^ 3.4. Партноменклатура и спецслужбы в СССР


В процессе подготовки и реализации принятых решений в системе партаппарата возникали определенные конфликты и напряжения. Наряду с конфликтами, вызванными противоречиями между интересами определенных отраслевых элит (подобно описанной выше ситуации вокруг строительства Нижне-Обской ГЭС) постоянно проявлялись столкновения кратко- и долговременных интересов самой партноменклатуры - правящей элиты страны, столкновение интересов чиновников, живущих только днем сегодняшним и части аппарата, заботившейся о сохранении и развитии режима на перспективу. Среди представителей последней группы находились и те, которые осознавали реальные проблемы страны и даже - страшно сказать - понимали необходимость определенных реформ.

Однако, прежде всего надо было увидеть проблему, для чего важно получать реальную информацию о событиях в стране, а с этим было сложно... Мы коснемся позже подробнее проблемы политической коммуникации, здесь же отметим, что основные партийные каналы информации верхнего эшелона очень часто передавали эту информацию в соответствии с пожеланиями (даже и невысказанными) самого верхнего эшелона. Искажения и фильтрация при этом были неизбежны. Возникала необходимость независимых каналов информации. Выполнение этой функции и взяли на себя органы госбезопасности. Анализ деятельности этих органов не входит в задачу настоящей работы, однако мы не сможем обойти их стороной, ввиду тесной переплетенности этих органов и чиновников партноменклатуры в 70-80-е годы. Эта переплетенность усилилась в частности в результате хрущевских чисток репрессивных органов и их пополнения в этот период за счет комсомольского набора.

Наряду со своей основной политической функцией - политического сыска, надзора за неблагонадежными и репрессий к противникам режима, органы госбезопасности в период развитого социализма выполняли такую важную функцию в политической системе страны, как участие в подготовке наиболее проверенных и квалифицированных кадров для правящей элиты - партийной номенклатуры, причем выполняли эту функцию органы безопасности совместно с комсомолом. Дело в том, что большинство ответственных комсомольских функционеров - основной резерв функционеров партийных - состояло на воинском учете не в райвоенкоматах, как подавляющее большинство лиц призывного возраста страны, а в соответствующих управления госбезопасности, проходя при этом глубокую проверку и обучение в соответствующих структурах. У многих партийных чиновников в их служебной биографии перемежались периоды и официальной работы как в комсомоле, так и в КГБ. Главным критерием при подборе и подготовке кадров через систему госбезопасности являлись, конечно, безусловная лояльность правящему режиму и готовность принять правила игра. Но, и это было также связано со спецификой "Конторы Глубокого Бурения", они обучали своих питомцев и пониманию необходимости работы с подлинной информацией, умению ее получить и анализировать, а также важности перспективного мышления.

Если обратиться к внешней политике, то здесь партийные органы использовали не одну, а две дополнительных и жестко конкурирующих между собой системы получения информации - службу внешней разведки КГБ и Главное разведывательное управление (ГРУ) Генерального штаба Минобороны. Последняя служба была значительно более законспирирована, чем КГБ, и информации о деятельности ГРУ в обществе, в отличие от работы КГБ, практически не было. В книге Виктора Суворова, бывшего офицера ГРУ, "Аквариум"107, описывается деятельность ГРУ и внутри России - как офицеры ГРУ армейских частей, наряду с и помимо своих основных служебных обязанностей, как офицеров разведки, талантливо вели кадровую работу - выявляли нестандартно мыслящих офицеров различного уровня, желающих быть настоящими профессионалами и имеющих для этого предпосылки, "брали их под свое крыло" - защищали от притеснений со стороны армейских рутинеров, а при обновлении военного руководства конкретных частей (к которому офицеры ГРУ также были причастны) старались расставить своих питомцев на ключевые посты в армейской машине. Часть офицеров из этого "элитного списка" попадала затем в Академию Генштаба и становились затем также офицерами ГРУ.

Мне не известна информация об аналогичной деятельности ГРУ вне воинских частей. Можно сделать предположение, что КГБ старалось выполнять аналогичные функции в подборе и продвижении кадров в системе партийно-хозяйственной номенклатуры108. Причем подбор кандидатов шел как по критерию профессионализма и творческого мышления, так и по критериям готовности вписаться в авторитарную систему и принять принципы режима. Одни питомцы системы соответствовали лучше одним критериям, другие - другим. Не случайно, среди представителей региональных партийных элит, внедренных Ю.В.Андроповым в высший эшелон власти страны, были такие разные люди, как Г.В.Романов и М.С.Горбачев, олицетворявшие два возможных пути развития страны. Не случайно также, что после смерти Ю.Андропова именно между ними шла острая конкуренция за первое место в партийной иерархии страны в 1983-1985 гг109.


^ Рекомендуемая литература


Батурин Ю.М., Лившиц К.З. Социалистическое государство: от идеи к осуществлению. - М., 1989, с. 61-67.

Бирюков Н.М., Сергеев В.М.Становление институтов представительной власти в современной России.- М.: Агентство «Издательский сервис», 2004.- 544 с.

Василенков П.Т. Советы народных депутатов: Организация и деятельность. - М.: Юридич. лит., 1983. - 80 с.;

Новый этап работы Советов народных депутатов/ Редкол.: А.Я.Берченко и др. - М.: Мысль, 1986. - 221 с.

Кумыкин Н.Н. Как управляется РСФСР. - М.: Юрид. изд-во Наркомюста РСФСР, 1925, 1926.

Коржихина Т.П. Советское государство и его учреждения: ноябрь 1917 г. - декабрь 1991 г.: Учеб. для вузов по спец. "История". - М.:РГГУ, 1994, 418 с.

Виктор Черкесов. Мода на КГБ? ^ Неведомственные размышления о профессии http://www.kp.ru/daily/23433/35559/

Шайкевич А. Портрет в манере Рубенса (Верховный Совет СССР в эпохи застоя) // Общественные науки и современность. 1991, N 2, с.105-118.


^ Основные понятия


Парламент. Представительная власть. Советы народных депутатов. Развитой социализм. Верховный совет СССР. Депутатская партгруппа. Исполнительный комитет Совета народных депутатов. Процедура подготовки решений. Общий и Организационный отделы ЦК КПСС. Партийные комитеты и Народные депутаты. Комитет государственной безопасности Главное разведывательное управление.


^ Контрольные вопросы.


  1. Опишите декларированные и реальные механизмы принятия решений в СССР.

  2. Какие формы партийного контроля деятельности Советов народных депутатов использовались в СССР

  3. Что такое депутатская партгруппа?

  4. Могли члены Городского комитета КПСС ознакомиться с протоколами заседаний Бюро Горкома КПСС?

  5. Где еще кроме партийных комитетов готовились проекты решений в СССР?




2389524911290143.html
2389620142689862.html
2389697480572195.html
2389809065793247.html
2389925691425259.html